Эротика: ябейн

Ябейн являются народом, чья идентичность сформировалась в такой же степени под влиянием ремесла, как и происхождения. В центральной части Мьянмы, особенно в горных деревнях Баго-Йома, они являются общиной, издавна связанной с разведением шелкопряда. В теравадийском буддийском обществе это не нейтральный род занятий. Получение сырого шелка означает убийство куколки внутри кокона, обычно с помощью жара или кипятка, что напрямую противоречит первой буддийской заповеди о недопустимости лишения жизни. Многие бирманцы носили шёлк. Гораздо меньше было желающих быть теми, кто его производит. Британские чиновники, составлявшие географические описания и переписи, относили разводчиков шелкопряда к отдельному народу, а не к обычным жителям деревень с неудобным занятием. Сама работа требовательна. Домашние шелкопряды питаются почти исключительно листьями шелковицы, поэтому ремесло предполагает уход за плантациями шелковицы и жизнь по расписанию насекомых от вылупления до прядения.

Эта история сохраняется в их официальном статусе. В перечне Мьянмы из 135 признанных национальных рас ябейн отнесены к группе бамар, наряду с самими бамар, а также даваей, бейк, яв, каду, ганан, салон и хпон. Они говорят на бирманском языке, сино-тибетском языке большинства населения страны. Как буддисты-теравадины, они разделяют с соседями мир монастырей, накопления заслуг и празднеств при пагодах. Отличием никогда не были ни язык, ни вера. Отличало их занятие и моральный вес, который, как считалось, оно несёт, что делает ябейн полезным окном в то, как бирманское общество когда-то классифицировало людей по их работе. Сегодня шелководство в Мьянме не ограничено какой-либо одной общиной, и в повседневной жизни многих ябейн трудно отличить от окружающего большинства. Точных данных также мало: перепись 2014 года включала вопрос об этнической принадлежности, но подробная разбивка так и не была полностью опубликована. Название по-прежнему значится в официальном перечне, закреплённом за народом, которого определяет ткань, производство которой их собственная вера сделала неудобным.