Эротика: квави

Квави говорят на языке маа и разделяют с масаи скотоводческую экономику и систему возрастных классов, однако их давно считают отдельным народом. Название попало в английский через торговцев и миссионеров, говоривших на суахили. В 1854 году Иоганн Людвиг Крапф опубликовал словарь языка, который он назвал языком вакуафи, нации внутренних районов. Сегодня это название обычно относится к народу, который называет себя ильпаракуйо, также известному как барагуйу. Это пастухи, расселённые по центральной и восточной Танзании: от предгорий Танги и прибрежной равнины до низменностей Морогоро и более засушливых земель в сторону Додомы.

Их история определяется разрывом в XIX веке. Масаи объединяли несколько говорящих на маа общин под названием илоикоп, среди которых были квави, лайкипиак и уасин гишу. На протяжении десятилетий борьбы за скот и пастбища пастушьи секции масаи побеждали их одну за другой. Победители поглощали часть уцелевших. Другие находили убежище среди земледельческих общин вокруг Килиманджаро, а третьи сохраняли стада и уходили на юг, далеко за пределы земель масаи. Это переселение на юг объясняет, почему подворья паракуйо теперь находятся среди земледельцев, говорящих на языках банту, и почему большинство паракуйо также говорит на суахили.

Скот по-прежнему определяет, что считается хорошей жизнью. Выкуп за невесту, союзы между семьями и личный статус измеряются в головах скота. Мальчики проходят обрезание и вступают в класс воинов, а позже становятся старейшинами, которые улаживают споры и руководят ритуалами. Религиозная жизнь сосредоточена вокруг энкаи, слова маа для обозначения Бога, и вокруг ритуальных специалистов, к которым обращаются по поводу церемоний возрастных классов, засухи и несчастий. Христианство постепенно набирает силу, часто практикуясь наряду со старыми обрядами, а не вместо них.

Сегодня главное давление связано с землёй. Укрупнение деревень в 1970-х годах, расширение ферм и охраняемых территорий сократили сезонные маршруты выпаса, а столкновения с соседями-земледельцами в Морогоро и других местах порой приводили к смертельным исходам. Всё больше домохозяйств паракуйо выращивают кукурузу рядом со своими стадами, отправляют детей в школу и работают в городах. Они по-прежнему сохраняют шуку, бисерное искусство и цикл возрастных классов. Они пережили поражение, продолжая путь, и теперь им уже некуда идти.