Эротика: сингалы

Сингалы являются основным народом Шри-Ланки, острова, который на протяжении двух с половиной тысяч лет был узлом торгового пути в Индийском океане, одновременно развивая собственный самобытный облик. Они составляют примерно три четверти населения страны и сосредоточены во влажных юго-западных низменностях, в центральном нагорье вокруг Канди и в сухой зоне, идущей на север к древним столицам Анурадхапура и Полоннарува. Историческое повествование, с которым вырастает большинство сингалов, возводит их происхождение к переселенцам с севера Индии, прибывшим примерно в V веке до н. э. Эта история сохранена в Махавамсе, хронике, которая остаётся одним из самых непрерывно поддерживаемых исторических текстов Южной Азии и которая до сих пор определяет то, как сообщество понимает себя.

Их язык, сингальский, принадлежит к индоарийской группе, но географически изолирован от своих родственников. Многовековые контакты с тамилоязычными соседями и с пали, литургическим языком тхеравадского буддизма, наделили его своеобразной лексикой и письмом, которое ничем не напоминает деванагари: округлые знаки развились из брахми под влиянием местных писцовых привычек и практической необходимости писать на пальмовых листьях, где прямые линии имеют свойство раскалывать поверхность. Устный и письменный регистры резко расходятся: литературный сингальский сохраняет грамматические черты, которые разговорная речь утратила поколения назад, и компетентные носители переходят между ними в зависимости от ситуации.

Тхеравадский буддизм является той нитью, которая проходит через повседневную жизнь. Шри-Ланка является одним из немногих мест, где более древняя и строгая южная школа буддизма остаётся государственной религией практически без перерывов с III века до н. э., а сингальская сангха периодически заново насаждала эту традицию в Юго-Восточной Азии, когда она там ослабевала. Это проявляется в мелочах: в мирской практике соблюдения дней поя в каждую фазу луны, в значимости монастырей в социальной жизни деревень, в том, что Храм Зуба в Канди воспринимается как национальный институт, а не как туристический объект. Меньшинство сингалов исповедует христианство, в основном католичество, что является наследием португальских контактов в XVI веке.

В сообществе существует внутренняя стратификация, которую посторонние часто упускают из виду. Кастовая система существует в сингальской форме, отличной от индийской: земледельцы говигама исторически доминировали, а прибрежные группы, такие как карава и салагама, поднялись благодаря торговле колониальной эпохи. Горцы Канди, защищённые рельефом от португальского и голландского прибрежного господства до 1815 года, сохраняют представление о себе как о хранителях более древней и менее космополитичной сингальской идентичности, чем жители равнин.